?

Log in

No account? Create an account

блог Фёдора Синельникова

Поверхность истории всегда находится на очень большом расстоянии от того, что кроется в ее утробе


Этно-культурные и политико-исторические особенности мусульманских республик бывшего СССР
sinelnikov_f

Мусульманские республики бывшего СССР заметно отличаются друг от друга по уровню политической несвободы. Если расположить эти страны в порядке ее возрастания, то в начале этой умозрительной шкалы будет находиться Киргизия, а в ее конце – Туркменистан. Ближе к Киргизии разместятся Казахстан и Азербайджан, а к Туркмении – Узбекистан и Таджикистан.

Чем объясняются эти различия? Они не могут быть объяснены только наличием или отсутствием углеводородных ресурсов: в богатых нефтью Казахстане и Азербайджане уровень несвободы ниже, чем в Таджикистане. Фактор урбанизации чрезвычайно важен, но он также не может играть решающей роли: численность городского населения в Узбекистане выше, чем в Киргизии. Уровень благосостояния не оказывает решающего влияния на уровень несвободы: Киргизия гораздо свободнее, чем Азербайджан. 

Помимо урбанизации и наличия углеводородных ресурсов можно выделить два фактора, которые влияют на состояние гражданского общества в мусульманских республиках бывшего СССР: 1) зрелость политической нации; 2) уровень моноэтничности городской среды (особенно – размер русской диаспоры). 

В данном случае наиболее оформленным образованием была Азербайджанская Демократическая республика (АДР), провозгласившая свою независимость в мае 1918 г. Она просуществовала недолго: в апреле 1920 г. АДР была захвачена советскими войсками и ликвидирована. Однако сам факт появления национального демократического государства свидетельствует о достижении Азербайджаном достаточно высокого уровня социально-политического развития.

Еще одним таким образованием являлась Алашская автономия (АО), возникшая в конце 1917 г. и уничтоженная большевиками летом 1920 г. Правительство Алашской автономии не провозглашало государственной независимости, но сам факт ее возникновения свидетельствует о складывании казахской политической нации еще до утверждения Советской власти.

Туркестанская (Кокандская) автономия (просуществовала с ноября 1917 по март 1918 гг.) в отличие от АЗР и АО не была государственной структурой какого-либо одного этноса. Она претендовала на роль представителя интересов всего Туркестана. 

Итак, среди мусульманских народов, получивших после распада СССР возможность независимого государственного развития, только азербайджанцы и казахи имели опыт досоветского национального становления.

Присутствие русского населения является весьма интересным и неоднозначным обстоятельством, влияющим на становление гражданского общества в пост-советских мусульманских республиках. 

Я уже писал о том, что русификация Белоруссии является фактором, негативно влияющим на развитие в этой республике гражданского общества. Но в случае с Казахстаном и Киргизией присутствие русскоязычного населения имеет двойственное значение.

С одной стороны, это содействует удержанию этих республик в сфере влияния III Российской державы, а это никоим образом не благоприятствует развитию в них демократии. Попутно замечу, что состояние политической нации зависит не только от того, сформировались ли соответствующие политические нации до включения этих территорий в состав СССР, но и от времени обретения ими статуса союзных республик. Это вопрос не основной значимости, но можно сказать, что чем позднее они выделились из РСФСР, тем сильнее проявляется в них уровень влияния III державы. Последними из РСФСР выделились именно Казахская и Киргизская ССР (1936 г.).

Но с другой стороны, значительность доли русского населения в этих двух республиках и общий высокий уровень их русификации снижают уровень авторитаризма в Казахстане и Киргизии. Этот парадокс русификации, приводящий в разных республиках к противоположным результатам, можно объяснить следующим образом. 

Белоруссия является политией Восточно-славянской метакультуры. Идентичность этого государства основывается на консервации советского мифа – из-за слабости этно-национальной идеи. В этих условиях русскоязычное большинство выступает в роли трансляторов III Российской державы. Из-за этого тормозится развитие гражданского общества и демократии.

Мусульманские пост-советские республики являются политиями Исламской метакультуры. Их национальная идентичность основывается на этнократических местных мифах. И урбанизированное русскоязычное население, подвергающееся этно-культурной и политической дискриминации, оказывается здесь не столько носителем державной российской идеологии, сколько сторонником демократизации. Только в этих условиях оно сохраняет хоть какой-то шанс на защиту своих интересов.

Итак, подведем итоги в таблице. 

 

Факторы, влияющие на развитие гражданского общества

 

Досоветская национальная традиция

Численность этнических меньшинств, в том числе русских (в скобках)

Уровень урбанизации

Наличие углеводородов

Азербайджан

++

4%     (1%)

54%

++

Казахстан

+

39%   (24%)

54%

++

Киргизия

-

29%   (7%)

34%

-

Узбекистан

-

13%   (2%)

51%

+

Таджикистан

-

20%   (0,4%)

27%

-

Туркменистан

-

21%   (2%)

50%

+++

 

Из таблицы видно, что среди мусульманских государств бывшего СССР не ни одного, в котором бы сочетались все благоприятствующие демократизации факторы: высокая урбанизация, опыт национально-государственного бытия в досоветский период, отсутствие углеводородов, значительная урбанизированная русская диаспора.

Два фактора – опыт досоветского национального государства и наличие или отсутствие углеводородов – это неизменяемые величины. Численность русского этноса будет только сокращаться. Таким образом, увеличение численности городского населения – это единственный фактор, положительно влияющий на процессы демократизации перечисленных государств.